Размер шрифта
-+
Цвет сайта
Изображения
Вкл.Выкл.

Главный собор Сахалинской области. Фрески.

В последней теме цикла хочется сделать обзор и рассказать о том, как фрески создаются сейчас, в наше время и в нашем городе. На самом деле, просто бесценно осознавать, что в главном соборе Южно-Сахалинска сейчас создается такая культурная ценность, о которой в будущем, возможно, будут рассказывать исторические культурные деятели, художники-иконописцы последующих лет или экскурсоводы.

Из предыдущих разделов вы узнали о том, как создаются копии фресок, их оригиналы, об интересных и важных моментах истории с точки зрения стенописи, о храмах, которые уже вошли в нее не только благодаря своей красоте и интересному прошлому, но и живописью, которая украшает их стены.

Алексей Козлов – художник-иконописец из Санкт-Петербурга, рассказавший о фресковой живописи, оригиналах и копиях экземпляров стенописи, является еще и одним из участников бригады, которая в настоящее время расписывает стены храма Рождества Христова. На этот раз он, вместе со своим коллегой по бригаде Александром Крестовским – представителем группы художников, поведал о создании фресок в нашем соборе: процессе, технологиях, сроках этой интересной и сложной работы.

По словам Александра, в работе задействовано несколько коллективов. Кто-то из них учился в иконописной школе Сергиевой лавры, кто-то в Питерской академии исторической документальной живописи, присутствуют художники Московской школы, как, например, руководитель бригады – Андрей Патраков. Сам же художник – выпускник Суриковского отделения монументальной живописи.

Разногласий в работе это не вызывает, ведь художники понимают, что очень важно находить общий язык в процессе совместной работы. У каждой школы есть свои плюсы и минусы, поэтому сборы на одном объекте и общение иконописцев объединяет и развивает, давая возможность обменяться определенным опытом.

«Собрались разные люди, с сильными и слабыми сторонами. Это и есть соборное творчество. Совместный труд объединяет и учит новому. Здесь есть ребята, с которыми я знаком около пятнадцати лет. С Александром мы познакомились год назад, но никаких профессиональных противоречий я не вижу», – комментирует Алексей.

Как упоминалось в предыдущих темах цикла, художник работает здесь второй год, однако, на этот раз, объем работы в три раза больше. До середины августа бригада иконописцев планирует завершить роспись основного четверика собора, кроме галереи, в которой можно работать с позволения Владыки, более размерено и спокойно, не мешая ходу Богослужения. Кстати, во время росписи купола храма в прошлом году, параллельно с бригадой, в которой находился Алексей Козлов, московская группа художников, под руководством Светланы Ржанициной – московского художника-иконописца, занималась композициями алтаря.

Роспись храма имеет традиционную концепцию: в зените купола – Господь Вседержитель, несомый ангелами, под ним изображаются праотцы и пророки, в поясе храма – двенадцать апостолов. Внизу четыре изображения – четыре медальона: «Знамение Божией матери», «Спас Нерукотворный», «Спас Великий Архиерей» и «Спас Эммануил», на котором изображен Иисус во младенчестве. В парусах храма традиционно, еще со времен древних церквей, изображаются евангелисты.

Расписан будет абсолютно весь храм. Западную стену украсит композиция Воскресения Христова, на южной и северной сторонах – Его Крещение и Преображение.

«Храм имеет сложную архитектуру, - рассказывает Александр, - У него нет плоскостей стен, поэтому получается очень много ростовых изображений Святителей, медальонов и полуфигур. Галерея храма тоже будет расписана. В ней планируются евангельские сюжеты, соборы святых, мучеников, то есть там будет очень сложная, основательная работа. Думаю, что основная часть работы будет связана именно с ней».

Бригада работает по специально разработанному проекту, которым занимался руководитель бригады. «Это очень ответственный человек, - начал свой рассказ о проекте Алексей, - Все эскизы утверждались и согласовывались с Художественным советом, который возглавляет архимандрит Лука Головков – заведующий иконописной школой в Сергиевой лавре. Андрей предлагал множество своих художественных идей, решений и, в процессе диалога, выбрали вариант, наиболее подходящий архитектуре храма».

Одной из основных сложностей и необычностей нашего храма, по словам Алексея и Александра, является то, что хоры́ сделаны в три яруса. Разбитие всех стен на аркады – уникальная его черта. Хоры́ в древних храмах всегда делались, но были они в один ярус, что можно проследить на примерах София Киевской, София Новгородской и других соборах. Такая архитектура объясняется тем, что храм находится в сейсмически неустойчивом районе, и именно такое деление стен может предотвратить печальные последствия землетрясения.

«Получается, что у нас нет больших поверхностей именно на стенах, - продолжает Алексей, - Поэтому все большие, основные композиции мы пишем на высоте двадцати метров. Как уже говорил Александр, на стенах можно было изобразить только святых, но, конечно, это будет дополнено различными сюжетными циклами, например, ветхозаветным. Они будут раскрывать характер православного домостроительства».

К сожалению, очень часто проект архитектуры не учитывает возможности и планы дальнейшей росписи храма, поэтому художников приглашают в уже готовый интерьер и композиционно им приходится подстраиваться под его особенности. Этого нельзя сказать о древних храмах. В них создается ощущение монолитности, совместной кропотливой работы художников-иконописцев и архитекторов.

«Есть общие эскизы работы, но отрисовка происходит, по большей части, на стене. Не все переносится с готовой картинки, всегда есть момент импровизации. Тот факт, что мы работаем в традиционных, канонических технологиях, не значит, что мы работаем по готовым образцам. Наше занятие происходит в духе традиции, то есть мы постоянно соотносим свое творчество с произведениями древних мастеров. Именно в этом сравнении мы можем увидеть, в правильном ли русле мы идем. Но творчество все равно не ограничивается, мы свободны в каких-то моментах. Иногда даже приходится создавать какие-то новые схемы, потому что случается, что не подходят некоторые композиции иконографии для определенной стены», – рассказывает художник.

Термином «фресковая живопись» назвать процесс росписи нашего храма можно с трудом. Дело в том, что фрески пишутся по сырой штукатурке, в то время как здесь композиция накладывается на сухой стенной левкас. Такой вид росписи стен можно называется силикатной живописью. Эта техника разработана немецкими фирмами, такими как, например, «Аллигатор». В этом виде живописи используется растворимое, калиевое стекло – долговечное и очень прочное вещество. Такая техника позволяет через некоторое время очистить фрески от копоти, пыли и так далее.

Как признается Алексей, эта техника выбрана благодаря не очень благоприятному климату острова: перепадам влажности и температуры. В таких изменчивых условиях использовать другие техники, например, темперы на яйце, не рекомендуется.

Сложная техника росписи, а также условия работы, проходящие, в основном, на высоте, не могут не отразится на здоровье. В основном, по рассказам Александра, во время длительной работы, страдает шея, позвоночник, поясница и так далее. Художники в такие моменты практикую различные зарядки и разминки, однако, и они не всегда помогают.

«Нам очень приятно работать в Южно-Сахалинске. Здесь замечательная атмосфера, прежде всего, наверное, благодаря Владыке, отцу-настоятелю, священникам, которые здесь служат. Они нам помогают, поддерживают психологически, советом. В общем, здесь очень живая, творческая и человеческая атмосфера», – делится своим общим впечатлением Алексей.

Именно на этой приятной ноте хочется завершить небольшой цикл рассказов на тему «Как рождаются фрески. Интересные факты». Хочется надеяться, что каждый из читателей почерпнул для себя что-то интересное и узнал новые факты о стенописи, фресковой живописи, храмах, их росписи, а также передаст эти ценные знания через поколения.

 

Алина Алексеева