Размер шрифта
-+
Цвет сайта
Изображения
Вкл.Выкл.

Отрывок из статьи Александра Щипкова «О православной недовоцерковлённости»

Недавно я стал свидетелем сетевой перебранки или, как сейчас принято говорить, хайпа. Шум произошел из-за статьи игумена Петра (Мещеринова) «Терстеген и православие: «Зачем нам это нужно?», опубликованной на сайте Богослов.ру. Статья посвящена протестантскому богослову, мистику и поэту Герхарду Терстегену (1697–1769) и восприятию его творчества в русских церковно-религиозных кругах.

<...>

Я решил разобраться, из-за чего шум. Прочитав материал, понял, что он мне категорически не нравится. Не творчество Герхарда Терстегена не нравится (оно само по себе интересно), а именно статья Петра Мещеринова. И вот почему.

<...> Проблема в том, что Пётр Мещеринов предлагает нам обратиться к творчеству Терстегена с неверной, на мой взгляд, установкой. Этот подход — не «от избытка», а «от недостатка». Не от полноты собственной богословской традиции, которая может осмыслить и найти внутренний ответ на мысли Терстегена. Наоборот — исходной мотивацией для Мещеринова является некое «собственное несовершенство» современного русского православия, от которого он ищет в Терстегене что-то вроде лекарства. Этого ни принять, ни понять не могу.

Одно дело сравнительный подход. Совсем иное — конструирование из элементов разных традиций (словно бы можно так просто брать и выдергивать из них отдельные содержания) некоего совершенного варианта религиозности. Эдакого «золотого стандарта» религиозности.

Так не бывает. Традиции — не детский конструктор пазлов. Это совокупный опыт многих людей. Здесь важно не «качество» отдельных тезисов и положений, а причастность к ним многих и многих.

Причастность, которую мы проживаем, причастность, которую мы переживаем. Истина — в причастности к кому-то (мы знаем к Кому), а не в знании «чего-то». В современной философии и теологии существует странное на первый взгляд понятие - «хорошее знание».

<...> Нам надо иметь собственные комментарии к ним, но не использовать их тексты как комментарий к нам самим. Понимание — это перевод на язык собственной традиции, а не механический «синтез».

Конечно, существует и проблема языка. Богословский язык, которым пользуется автор «Терстегена и православия», для меня чересчур вязкий, избыточный, тяжелый. Я предпочитаю язык более чёткий и ясный. Как мы пишем, так мы и поступаем. <...>

И вот с точки зрения этой перспективы мне не нравится менторский, снисходительный, почти хамоватый тон Петра Мещеринова. Меня совсем не устраивают высказывания вроде «современное православное душепопечение не предлагает им никакой иной «методологии» дальнейшей жизни во Христе», мне непонятны фразы о «расцерковлении», «исчерпании церковности», «недоработанности» отношения к молитве.

Особая проблема — это широчайшие критические обобщения общецерковного размаха. <...> Ощущение такое, что автор назойливо подталкивает всех к какому-то коллективному покаянию за коллективный грех.

По мне так это не что иное, как извод хорошо известного нам принципа «коллективной вины», который нередко навязывается при разговоре об истории ХХ века (см. Седакову, Зубова, Кочеткова и др.).

Только если в секулярном контексте речь идет о какой-то русской социальной «недостаточности», то в данном случае — как бы о некой православной недовоцерковлённости по сравнению с другими христианскими конфессиями. Всё это, конечно, выглядит грустно и нелепо.

Интервью полностью:http://www.bogoslov.ru/text/5899690.html